Философия истории общие идеи принципы и категории. Философия истории: сущность и основная проблематика. В более широком плане под цивилизацией чаще всего понимают высокий уровень развития культуры общества


О философии кратко и понятно: ПОНЯТИЕ ФИЛОСОФИИ ИСТОРИИ. Все основное, самое главное: очень кратко про ПОНЯТИЕ ФИЛОСОФИИ ИСТОРИИ. Суть философии, понятия, направления, школы и представители.


ПОНЯТИЕ ФИЛОСОФИИ ИСТОРИИ.
ФИЛОСОФИЯ ИСТОРИИ А. ТОЙНБИ И К. ЯСПЕРСА

Философия истории - самостоятельная область философского знания, целью которой является изучение качественного своеобразия общественного общества, особенности его развития и перспектив.

Одним из первых представителей философии истории является Августин Аврелий (IV в. н. э.). Он рассматривает историю человечества с религиозной, христианской точки зрения как процесс спасения, обретения человечеством утраченного единства с Богом. Только в XVIII в. философия истории начинает формироваться как светская наука.

Огромный вклад в развитие философии истории внес немецкий философ Г.В.Ф. Гегель. С его точки зрения история представляет собой процесс поступательного развития, «развертывание Мирового Духа».

К. Маркс и Ф. Энгельс придерживались материалистического понимания истории. Решающее значение они придавали развитию экономики, производственных отношений. Политика, религия, культура рассматриваются в марксизме как «надстройка» над экономическим «базисом» общества.

Большое распространение в конце XIX - начале XX вв. получил цивилизационный подход в философии истории. Его крупнейшие представители Н. Данилевский, О. Шпенглер, А. Тойнби доказывали, что каждая культура, каждая цивилизация проходит свой неповторимый путь исторического развития от зарождения через процветание к упадку.

Арнолд Джозеф Тойнби (1889-1975) полагал, что история имеет всеобщее содержание. Она всегда реализуется через личность и судьбу каждого конкретного человека, имеет человеческое лицо. Тойнби определяет историю как взаимосвязь исторического (временного) и надысторического (вечного).

Объектом изучения философии истории не может быть ни человечество в целом, ни какая-либо отдельная нация или государство. Объектом философии истории являются культурно-исторические типы, которые Тойнби называет обществами или цивилизациями. Они являются единицами истории, которые можно сравнивать или изучать. Каждая из этих цивилизаций появляется в результате социокультурного вызова. Вызовы могут быть разнообразные: климатические условия, отношения с другими народами, религиозные идеи.

Карл Ясперс (1883-1969) полагал, что человечество имеет единое происхождение и единый путь развития. История, согласно Ясперсу, имеет свое начало и свой конец. Ее движение определяется силой провидения.

Вера является основой и смыслом истории. Единой для всего человечества верой может стать только философская вера. Она есть акт воли, но не следует противопоставлять веру знанию. Любое знание основано на вере. Философская вера - это осознание бытия, его истоков через обращение к исторической ситуации.

Понятие «историческая ситуация» является ключевым в философии К. Ясперса. В каждом обществе складываются свои исторические ситуации, но иногда исторические ситуации в разных обществах оказываются близки по духу. Это и есть время для появления философской веры.

......................................................

1. Понятие истории. Философия истории: методология, концепции, учения. Специфика исторического познания. Философская интерпретация смысла истории.

2. Модели исторического процесса. Единство и многообразие мировой истории.

1.1. Понятие истории.

Слово «история» широко используется в повседневной речи людей, в различных, порой исключающих друг друга смыслах («случилась история», «влип в историю»). Общенаучный смысл термина «история» означает последовательную смену состояний любого объекта, способного развиваться во времени (история Вселенной, история болезни и т.п.). В науках об обществе термином «история» именуют: – а) минувшую социальную действительность, события прошлой общественной жизни людей; б) знания о прошлой жизни во времени, область познания, устанавливающую, классифицирующую и интерпретирующую свидетельства о прошлом; в) социальную реальность вообще и общество как организационную форму ее существования, включая современное ее состояние как историю «здесь–и–сейчас». Категория «общество» конкретизирует понятие «социум», понятие «история» конкретизирует понятие «общество». Понятие «общество» и «история» органически связаны друг с другом: они характеризуют социальную реальность, совместную деятельность людей, которая предстает перед нами как «общество». При этом мы отвлекаемся от множества конкретных событий и рассматриваем ее сущностные, повторяющиеся черты, где она и становится «историей». Когда же социальная реальность берется в ее конкретном индивидуально-личностном, пространственно-временном континууме «настоящего», то и само понятие истории становится иным. «История» в этом случае является (в буквальном смысле) сотворяющейся реальностью, главным содержательным моментом которой выступает смыслотворение.

1.2. Философия истории: методология, концепции, учения.

«Философия истории» (термин, введенный в науку Вольтером) как понятие осмысления пути развития общества, его идеалов и целей возникла еще в античности и связана с именами Геродота, Фукидида, Плутарха, Августина, Лейбница, Вико и Монтескье, Гегеля, Шопенгауэра, Шпенглера, Тойнби и др. выдающихся мыслителей прошлого и настоящего. Сформировавшись в XIX веке как самостоятельная философская дисциплина, философия истории в той или иной форме существует до сих пор, охватывая собой вопросы онтологии исторического процесса: направление изменения истории, последовательность исторических эпох (логика истории), специфика законов исторического процесса, соотношение истории и природы, соотношение свободы и исторической необходимости, смысла истории, а вместе с тем и вопросы методологии социально-исторического исследования гносеологического, логического, праксеологического, прагматического характера.

Различие исторического и философского подходов к пониманию и трактовке состояний социальной реальности

История занимается только прошлым, она не делает прогнозов и не заглядывает в будущее.

История смотрит в прошлое из настоящего, что определяет перспективу его видения (с изменением «настоящего» меняется и перспектива видения прошлого), однако воздерживается от суждений о “настоящем” как факте истории.

Выявляя определенные линии развития событий в прошлом, философия истории стремится продолжить их в будущее.

Философия истории рассматривает возможные, но не осуществившиеся варианты исторического развития.

Философия истории открыто высказывается о «настоящем», опираясь на гуманитарное знание и целостную систему всей современной культуры.

Классический вариант философии истории представлен гегелевской философской системой. Будучи составной частью этой системы, философия истории охватывала как онтологические вопросы исторического процесса, так и логико-методологические проблемы исторической науки. За логическими схемами гегелевской философии истории просматривалась «логика» реальных исторических событий. Совпадение логического и исторического как выражение рационалистического принципа тождества мышления и бытия – вот теоретическое резюме классической рационалистической традиции в понимании, представлении и выражении истории человечества.

В середине XIX века в философии истории, которая в значительной мере еще продолжала прорабатывать варианты изображения человеческой истории в рамках классического рационализма (например, создание концепций социологического эволюционизма на манер эволюционно-биологического учения Ч. Дарвина, марксистская концепция общественно-экономического формационного развития общества, а несколько позднее – социологические концепции Э. Дюркгейма, В. Парето, М. Вебера и др.), наметился перелом, расколовший впоследствии «стройную систему» взглядов на общество и его историю. Такой перелом обусловлен внедрением новой методики и методологии исследования социальной реальности и новых подходов к трактовке природы собственно исторического знания. В самой философии истории стали пересматриваться ее собственные основания. Динамичной социальной реальности должен соответствовать столь же динамичный исследовательско-познавательный инструментарий. При этих требованиях даже гегелевская схематика изображения исторического процесса (обратите внимание, что это была наиболее полная и совершенная в истории рационалистической философии схематика описания и выражения любых явлений действительности) не годилась. Многообразие и многомерность человеческой истории не могли уложиться ни в одну из предлагаемых философской мыслью схем.

Неизбежным следствием таких изменений в структуре философии истории стала все более утверждающая в конце XIX века и особенно в ХХ веке идея плюралистической модели исторического процесса. (В. Дильтей, Ж. А. Гобино, Н. Я. Данилевский, О. Шпенглер и др.). Этим, кажется, и ограничивается современная философия истории, предлагая всякий раз «новую» модель общества и его истории или предпринимая анализ и осмысление собственных средств описания, объяснения и выражения в исторических науках. Отсюда вытекает, что статус исторического знания (в этом смысле любое знание исторично), как и его возможности быть истинным, весьма неопределенны и проблематичны.

История философии как науки возникла одновременно со становлением человеческой цивилизации. Вопросы происхождения окружающего мира, жизни и человека имеют длительную предысторию и датируются периодом первобытнообщинного строя. Уже в то время человек задавал себе вопросы об устройстве окружающего мира, о смысле жизни на Земле. И этот интерес подвигнул его изучать свое окружение. Так возникла философия. Так из философии возникла наука. Так примитивные попытки раскрыть тайну бытия поставили человека на путь цивилизации.

Возникновение философии

Первобытный человек обладал очень ограниченным запасом знаний и умений, но бесконечной возможностью наблюдать за окружающим миром. Все, что происходило вокруг него, не поддавалось ни объяснению, ни управлению. Поэтому обособление человека сопровождалось магическими обрядами, природа и небеса одушевились, а естественные процессы начали объясняться божественным вмешательством. Сложную конструкцию устройства окружающего мира помогли выстроить с помощью развития языка - именно слова, обозначающие абстрактные понятия, положили начало примитивному познанию мира.

Уже в исторические времена хаотичные значения о природе претерпели изменения. Первые стройные теории мироздания известны со времен первых мировых цивилизаций. Отдельные регионы мира формировали свои представления об окружающем мире в зависимости от условий прогресса, развития прикладных навыков и формирования теоретической науки. Периоды истории философии неразрывно связаны с социально-экономическими изменениями, которые затронули все народы и государства на пути к современной цивилизации.

Философия Индии

История и философия науки с полным правом могли бы назвать местом своего рождения Древний Восток. На данных территориях преобладала земледельческий уклад жизни, активнее развивались новые принципы построения общества, имелись различные социальные классы, возникали города и цивилизации. Сумма знаний и опыта способствовала возникновению и развитию различных дисциплин, включая и философию.

Первые упоминания о жизни древнейших цивилизаций обнаружены в памятниках письменности Древней Индии. Найденные тексты еще не полностью расшифрованы, но они уже дают представление о быте и обычаях тех времен. Древнеиндийская (ведическая) литература включает в себя обширный набор текстов, самый древний из которых датируется 1500 г. до н. э. Найденный набор текстов составлялся и редактировался в течение девяти столетий и является поучениями и сведениями преимущественного культового и религиозного характера.

Религия Ведов - сложный комплекс мифологических представлений, ритуалов, обрядов. В них можно проследить следы мифов индоевропейских ариев, которые ранее жили на территории современной Европы, наследие индоиранских взглядов и мощный пласт взглядов неиндийских культур. Разные народы привносили в Веды свои мифы и предания, а также сведения о своих богах. Так возник ведический политеизм, в котором боги подобны людям. Наиболее ранние и известные боги: Индра - бог войны и грозы, Ушас - богиня зари, Ваю - бог ветра и множество других. Позднее в пантеон пробиваются боги Вишну, Брахма и Шива.

История развития философии не раз возвращается к древним индийским учениям. Несмотря на архаичность взглядов, учения о пране и карме по-прежнему пользуются известностью; принципы этих вед закладывают в фундамент новых религий и методов изучения мира.

Буддизм

Первое тысячелетие привнесло в староиндийское общество множество изменений. Развитие ремесел, усовершенствование сельского хозяйства и нарождающаяся власть монархий привнесли изменения в мировоззрение. Старая философия уже не отвечала требованиям времени, возникали новые школы, которые собирали своих учеников и объясняли мир со своей точки зрения. Одной из таких школ стал буддизм. Основателем этого учения был Сиддхартха Гаутама, сын аристократа и правителя из рода Шакья. В расцвете сил он ушел из дома и после многих лет скитаний постиг правильную жизнь и сформулировал правила, ведущие к просветлению. Его назвали Буддой (пробужденный, просветленный), а веру, которую он исповедовал, - буддизмом.

В центре буддизма лежит учение о четырех благородных истинах. Согласно им, вся жизнь человека является страданием, через которое нужно пройти. Путь к устранению страданий ведет через правильные суждения, правильные поступки, правильные решения, правильную речь, правильную жизнь, правильные внимание и сосредоточение. Крайности, такие как аскетизм и чувственные удовольствия, буддизмом отвергаются. Круговорот жизни также принимается буддизмом, но в конце пути праведника ждет нирвана - освобождение - и полное растворение в божестве.

В течение долгого времени буддийские принципы существовали лишь в устном виде. Канонический буддизм сформировался после долгих лет устной традиции, окружив своего учителя множеством легенд и чудес. Основные понятия записывались и переосмысливались, и многие из законов Будды живы до сих пор.

Философы Древней Греции

История западной философии берет начало в Древней Греции. Именно эта страна стала основоположницей философской мысли на европейском континенте. История и философия науки у греческих мыслителей приобрела почти современные формы. Метод философствования, разработанный греками, является первой попыткой методологического постижения бытия.

История философии Древней Греции имеет четыре этапа развития. Первый период получил название досократовского. Он датируется 5-4 веком до н. э. Потребность в новом знании пришла вместе существенным преобразованием социально-общественных отношений. В Афинах появляются мыслители нового типа - софисты, которые концентрируют свое внимание на проблемах греческих полисов. В это время развивается учение Пифагора о числе как об основе всего бытия, о порядке и хаосе Гераклита, о мельчайших частичках вещества - атомах Демокрита.

Второй период датируется второй половиной 5 века, он получил название классического. Основные мыслители этого времени - Платон, Аристотель и Сократ. Современные концепции философии истории были разработаны на основании трудов. Такое внимание к мыслителям Афин продолжалось на протяжении сотни лет, до поражения Афин в Пелопоннесской войне. После этого события Афины теряют свое общественно-политическое значение, но все еще остаются центром политической и культурной жизни Древней Греции. Именно тогда возникает первая целостная картина мира, получившая название Аристотелевой: центром Вселенной названа Земля, основой всех наук - натурфилософия. Классическая греческая школа положила начало логике.

Третий этап начинается в конце 4 в до н. э. История философии называет его эллинистическим. В отличии от предыдущего этапа, в котором преобладали различные философские учения, эллинисты уделяли меньше внимания познанию законов мироздания. В основном они специализировались на открытии школ, в которых изучалась философия истории. Кратко этот период можно назвать не научным, а административным - уделялось больше внимания распространению научных открытий и философских взглядов, а не познанию законов мира.

Четвертый период тесно связан с Римом как с решающей силой в античном мире. История развития философии называет этот период римским. Римская философия четвертого этапа формируется под значительным влиянием греческих учений. Определенный импульс развитию философских идей дал приезд афинских мудрецов в Рим. С этого времени в Риме берут начало три философских направления - скептицизм, стоицизм и эпикуреизм. Также в этот период берет начало совершенно новое течение, которое оказало решающее влияние на ход европейской истории в целом.

Христианство

На 1-2 столетие нашей эры приходится развитие христианства. Предмет истории философии раскрывает это явление и с религиозной, и с философской точки зрения. Только те философы, которые сумели совместить в себе эти две линии развития, могли рассчитывать на признание и безбедную жизнь. Многочисленные бунты черни и восстания рабов жестоко подавлялись, поэтому идея искупления, мессии и надежды на божественное чудо находила многих и многих поклонников. Веру в избавление принесла новая религия - христианство. Главное отличие от предыдущих учений заключалось в том, что новая религия не делала различий между богатыми и бедными, не отличала их по национальности и происхождению. Все люди были равны перед Богом, все имели надежду обрести вечную жизнь - вот чему учила людей новая философия истории. Кратко можно сказать и о сути нового учения - переосмысливались также важнейшие понятия, как жертвенность. Искупление грехов человечества Иисусом Христом делало ненужными жертвоприношения, а обращаться к Богу при помощи молитвы мог каждый, не прибегая к посредничеству жрецов и священнослужителей.

За основу христианства были взяты иудейские предания, которые сформировали основные принципы философии истории. Кратко формулировка христианства звучала как «искупление сына божьего за грехи всех народов». Постепенно структура христианской общины меняется, и на смену бедным и угнетенным приходят богатые и влиятельные люди. Возникает церковная иерархия. Время правления Константина Великого закрепляет христианство как основную религию государства.

Взгляды о том, что собой представляет бытие в истории философии христианства, базируются на учении Аристотеля. Представленная им картина мира отлично вписывалась в христианские каноны и почти полторы тысячи лет не подлежала обсуждению. Возникает схоластика, как попытка на основе умозаключений доказать существование Бога. Наука практически перестала развиваться, и прогресс в научных знаниях не существовал как понятие. История философии до этих пор не оказывала такого пагубного влияния на технический прогресс. Несмотря на некоторые изобретения, люди продолжали жить, как и в античные времена, ведь именно такая жизнь была угодна Богу.

Средние века

Проблемы философии истории в средневековье почти целиком были построены на принципах схоластики. Иоанн Златоуст и Фома Аквинский стали крупнейшими богословами и философами в области схоластики, их труды признают как западная, так и восточная ветвь христианства. В них приводятся многочисленные доказательства существования Бога и человека - как божественного творения. Учения богословов обычно основываются на Священном писании и на законах логики - например, теория двойственной истины разграничивает философию и богословие. Альтернативными течениями философского учения следует считать возникшие в то время гностицизм и манихейство. Постепенно основное философское учение дополняет и объясняет христианское богословие, а другие течения были признаны ересью и жестоко искоренялись.

Возрождение

Возрождение, или Ренессанс, было вызвано идейным и культурным развитием европейских государств. Активно развивались ремесла и торговля, сформировался новый класс горожан, делавших состояния на мануфактурах и торговле. Христианская религия уже не в состоянии объяснить все перемены, и на первый план выходят античные гуманистические учения. Игнорирование земной жизни ради небесной уже не актуально, общество начало стремиться к земным ценностям.

Ренессанс пробуждает интерес к античному философскому наследию, по иному воспринимаются труды Платона и Аристотеля - древние философы позиционируются как советчики, а не учителя. Так возникают новые философские течения, наиболее значительными из которых являются гуманизм и платонизм.

Гуманизм - течение, возникшее в средневековой Италии, ставит знак равенства между божественным и человеческим, не отвергая ни того, ни другого. Принципы гуманизма выражены в произведениях Данте, Петрарки, филолога Лоренцо Валла.

Платонизм считал единственно верным познание мира через философию как единственную надежную систему знаний о человеке и мире. Платоники считали религию всего лишь условной доктриной, приемлемой для большинства. Последователи платоновских учений основывали школы для развития и распространения своего понимания того, что значит человек в истории философии. Именно платоновская школа дала возможность открыть таланты Галилея, да Винчи и других ученых того времени.

Философия Нового времени

С течением времени возникают новые формы экономических взаимоотношений, ставшие началом капиталистической экономической системы. Новые взаимоотношения в обществе и новые взгляды породили новые философские школы и новые направления философской мысли. Основоположником нового направления стал Френсис Бэкон. Он жестко раскритиковал принципы схоластики и поставил опыт во главу всех систем изучения мира.

Рене Декарт и Девид Юм на основе философских знаний формируют новую науку, размышляя о влиянии ощущений на восприятие мира, работы Локка и Канта положили начало материалистическому восприятию мира.

Человек и мир. Теории разума

Развитие классической философии Нового времени достигает вершин в работах Георга Гегеля. На его мировоззрение оказали сильное влияние учения Платона, Руссо, Монтескье. Философия истории Гегеля впервые формирует понятие диалектики - исходного единства жизни, которое превращается в свою противоположность. Преодолевая раздвоенность, мир возвращается к единству, но становится богаче и насыщеннее.

В своих трактатах ученый развивает теорию, согласно которой начало вещей может быть понято с двух точек зрения. Философия истории Гегеля называет их трансцендентальной философией, предметом которой является личность, и натурфилософией, которая занимается окружающим миром. Ни одно из этих течений не является исчерпывающим, но вместе они в состоянии построить прозрачную и понятную картину мироздания.

Работы Гегеля привнесли в философию четкое обозначение основ реальности как своего рода понятие. История философии трактует этот термин не как форму человеческого мышления, а как наиболее истинную основу для всего бытия. Для Гегеля понятие является «сутью вещей», ее зародышевым состоянием, которое с течением времени трансформируется и реализовывается.

История русской философии во многом перекликается с учениями Гегеля. Российскими философами были предприняты попытки построить новую концепцию восприятия мира. В основном фундаментом для этого служит православная традиция почитания Бога и царя и тезисы непротивления власти. Ключевые труды русской философии принадлежат перу Чаадаева, Герцена, Вс. Соловьева, Л. Толстого.

Философия в работах К. Маркса

Интерес к работам Карла Маркса не ослабевает уже около 200 лет. Его понимание мира вырвалось из рамок стандартной философии и образовало идеологию - явление, которое задавало тон социально экономическому развитию общества в 19-20 веке. В области философии Маркс называет себя учеником Гегеля и претендует в своих работах лишь на относительную самостоятельность.

Основой для развития всех общественных и экономических отношений Маркс считал труд, таким образом снимая вопрос о смысле существования богов и природы. Человек в работах Маркса - лишь некая квинтэссенция социальной жизни, способная к труду. Таким образом, значение личности, семьи и государства нивелируется, основополагающими становятся общество и этап его экономического развития. Неудивительно, что марксизм стал философским знаменем, под знаменем которого и до настоящего времени возникают различные радикальные партии и социальные течения.

Заключение

Огромный фундамент знаний прошлого лежит в основе современной философской науки. История философии продолжает свое развитие и обогащает следующие поколения знаниями об устройстве вселенной и о месте человека в окружающем мире.

ИСТОРИЯ ФИЛОСОФИИ – 1) процесс развития философии с ее зарождения в древних Китае, Индии, Греции и до сегодняшнего дня; 2) возникшая еще в древности часть философского знания, со временем превратившаяся в особую философскую дисциплину, предметом которой является реконструкция, описание, теоретическое осмысление как данного процесса в целом, так и отдельных его этапов и формообразований.

ИСТОРИЯ ИСТОРИИ ФИЛОСОФИИ. Некоторые авторы считают, что история философии как особый раздел зародилась вместе с самой философией и воплотилась уже в первых размышлениях древних мыслителей о своих предшественниках. Однако до Платона и Аристотеля «историко-философские» экскурсы не были ни обширными, ни сколько-нибудь упорядоченными. Появившиеся в диалогах Платона размышления о философах прошлого тоже играли еще вспомогательную роль. Да и у Аристотеля, которого считают одним из первых историков философии, экскурсы в историю мысли (в кн. I, 3–10 главах и в кн. III, 4–5 главах «Метафизики»), при всей их беспрецедентной для древности систематизированности, вряд ли были самостоятельной историей философии. Ее начало условно можно отнести ко времени появления специальных историко-философских сочинений, первым из которых считается работа Диогена Лаэртия (1-я пол. 3 в.) «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов» в 10 книгах, содержащая множество полезных эмпирических данных об античной философии, но лишенная теоретических, концептуальных рефлексий; это характерно и для других доксографов древней философии – Секста Эмпирика , Цицерона , Тертуллиана , Стобея и др.

В средневековой философии также еще не сложилась история философии как самостоятельная дисциплина. Интерес к историческому мыслительному материалу был обусловлен почтением средневековых авторов к «авторитетам», т.е. наиболее крупным мыслителям-теологам, в т.ч. и к философам. Проблеме аутентичности текстов уделялось мало внимания (так, долгое время оперировали сводом сочинений, приписываемых Аристотелю, не вникая в вопрос об их подлинности); сохранялась значительная свобода в интерпретации и критике текстов предшественников, определяемая содержательно-проблемной стороной дела; при обращении к историческому материалу средневековые мыслители – за исключением, возможно, Фомы Аквинского – не проявляли склонности к его систематизации; собственно история философии почти не отделялась от истории теологии. В «эпоху переводов» (12–13 вв.) вводятся в оборот многие тексты античной и ранней средневековой мысли (знакомство с историко-философскими разделами сочинений Аристотеля ощущается в исторических экскурсах многих средневековых авторов).

Расцвет историко-философского знания приходится на Новое время. При этом в отношении к истории философии в 17 в. можно различить три основных подхода: 1) для Декарта не имеет самостоятельного значения; ссылки на сочинения других авторов немногочисленны; позиции предшественников излагаются в предельно обобщенном виде. Таково же положение истории философии в основных сочинениях Канта; 2) главное сочинение Лейбница «Новые опыты...» строится как своего рода антитеза к тезисам «Опыта о человеческом разумении» Локка; 3) собственно историко-философские сочинения становятся все более основательными, и количество их постоянно растет; наиболее заметные среди них в 17 в.: Г.Фосс, «О философии и школах философов» (1658); Т.Стэнли, «История философии» в 3 т. (1655–61); Г.Хорн, «История философии» (1655). Эти произведения имеют ярко выраженный теологический характер: развитие философских учений до возникновения христианства как бы подчинено движению к христианству, а после его возникновения – служению христианскому вероучению. И хотя такова же основная идея ряда историко-философских сочинений 18 в., в них присутствуют и новые моменты, акцентирующие «светские» культурно-мировоззренческие идеи и учения; история философии начинает увязываться с историей человеческого сознания и познания. Наиболее известные работы 18 в.: Я.Бруккер «Критическая история философии от сотворения мира до наших дней» в 5 т. (1742–44); Деланд, «Критическая история философии» в 3 т. (1737); И.А.Эберхард, «Всеобщая история философии для использования в академических лекциях» (1788). Оформившиеся на рубеже 18 и 19 вв. и развившиеся в начале XIX в. историко-философские учения воплотились в следующих работах: Буле, «Учебник по истории философии и ее критической литературе» в 8 т. (1796– 1804); Д.Тидеманн, «Дух спекулятивной философии» (1791), В.Теннеман, «История философии» в 11 т. (1798–1819); Ф.Aст, «Очерк истории философии» (1807); Т.Рикснер, «Руководство по истории философии» в Зт. (1822– 1823); X.Риттер, «История ионийской философии» (1821); Ф.В.Шеллинг, лекции «Кистории новой философии» (1827). В эти историко-философские сочинения, написанные современниками Гегеля, начинает вторгаться дух историзма, проникает идея развития; оформляется требование тщательно исследовать источники и прослеживать зависимость каждого философского учения от предшествующих и современных ему идей. Теннеман и Тидеманн (на которых ссылается Гегель) подчеркивали роль логических принципов для оценки истории философии Aст и Рикснер считали, что в каждой философской системе имеется зерно вечной истины.

Самым значительным явлением в ряду этих поисков стала история философии Гегеля , наиболее глубоко разрабатанная им в Берлинский период. История философии органично включена в процесс развития абсолютного духа и его проявления в истории в качестве «мирового духа». Историко-философский процесс предстает у Гегеля как порождение определенного духа времени (Zeitgeist), как выражение духа своей эпохи, «духа народа» (Volksgeist), как завершение определенной эпохи (образ совы Минервы, вылетающей в сумерки); как интегральная часть культуры наряду с искусством и религией. В силу единства логического и исторического порядок следования систем философии в ее истории у Гегеля тот же, что и логическое следование понятийных определений идеи; более поздние учения, особенно широко дифференцированные и систематизированные, предстают как диалектическое «снятие» предыдущих. История философии у Гегеля – это и восхождение по ступеням научности, и подобно тому, как «спекулятивная логика в диалектическом смысле указывает на идеальные конституенты этой науки вплоть до самопознания идеи, так и история философии обнаруживает – и тоже диалектически – становление этой науки во времени» (Düsing К. Hegel und die Geschichte der Philosophie. Darmstadt, 1983, S. 28). История философии Гегеля оказала глубокое стимулирующее воздействие на все последующее развитие философской мысли.

Философы гегелевской школы создали ряд ценных историко-философских трудов: Э.Целлер написал «Философию греков» (1844–52); К.Прантль – «Историю логики» (т. 1–2, 1858–70); К.Фишер создал фундаментальный труд «История новой философии» (т. 1–8, 1854–77); Л.Фейербах, придерживавшийся гегельянских взглядов при написании «Истории новой философии от Бэкона до Спинозы», затем подверг критике всевластие панлогизма в гегелевской философии, в т.ч. и его истории философии.

Во 2-й пол. 19 и в 20 в. история философии становится все более конкретным и систематизированным знанием. Усиливается внимание к первоисточникам, создается специализированная текстология и герменевтика текстов античной и средневековой философии, издаются: собрание фрагментов досократиков Г.Дильса («Die Fragmente der Vorsokratiker», 1903; с 1934–37 редактируется и переиздается В.Кранцем); тексты стоиков (собрание фон Арнима в 3 т., 1903–05) и др. Значительные успехи делает история средневековой философии (работы Э.Жильсона). Усиливается интерес к истории восточной философии (индийской, китайской, арабской), которая с кон. 19 и нач. 20 столетия становится самостоятельной областью историко-философского исследования (работы П.Дойссена, С.Дасгупты, С.Радхакришнана, Ф.И.Щербатского, П.Хакера, К.Поттера, Макса Мюллера, Дж.Легга, Э.У.Грэма, Дж.Нидэма, Ю.К.Шуцкого).

Российская мысль начинает осмысливать собственную историю: в 1890 Я.Колубовский прилагает к переводу популярного западного пособия Ибервега-Гейнце «История новой философии в сжатом очерке» свой текст «Философия у поляков и русских». Е.Бобров в 1899–1902 публикует четыре выпуска работы «Философия в России. Материалы, исследования и заметки»; в 1907 Р.Иванов-Разумник опубликовал двухтомную «Историю русской общественной мысли». В 20 в. русские мыслители написали ряд ценных работ по истории отечественной философии (Г.Г.Шпет , В.В.Зеньковский , Н.О.Лосский и др.).

Активно разрабатывается история отдельных областей философского знания (Э.Кассирер, «Проблема познания в философии и науке нового времени», т. 1–2, 1906–07; упомянутая ранее работа К.Прантля по истории логики; Ф.Йодль, «История этики в новой философии» т. 1–2, 1882–89 и др.). Специальной областью истории философии становятся текстология (научная атрибуция текстов, выявление точной хронологии, оценка традиционных версий и комментариев), историко-философская герменевтика, проблематика перевода философских текстов с одного языка на другие.

Характерно, что многие ведущие представители важнейших философских направлений в 20 в. стали авторами специальных и, как правило, фундаментальных историко-философских сочинений (В. Виндельбанд, П.Наторп, Э.Кассирер, В.Дильтей, К.Ясперс, Б.Рассел, Э.Гуссерль, Ф.Коплстон и многие другие). В настоящее время история философии – одна из самых разветвленных областей философского знания.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ. Исторически данные формы философии, воплощенные в уникально-личностной форме, не «снимаются» последующим процессом и вряд ли сводимы к кратким безличным формулам наподобие математических. История философии как особая дисциплина, имеющая своим предметом объективный исторический процесс развития философии, издавна задается вопросом: является ли данный процесс закономерным, и если является, то каковы эти закономерности? К их числу многие исследователи (вслед за Гегелем и Марксом) относят: 1) рождение и развитие философии в целостном контексте цивилизации и культуры; зависимость этого развития от характера той или иной эпохи и обратное воздействие философии на эпоху, ее ценности и культуру; 2) способность идей и ценностей философии перешагивать границы времени и социального пространства их рождения. Эти закономерности имеют вид своего рода неснимаемых живых антиномий, пронизывающих весь исторический процесс развития философии. Рождаясь в первоначальном единстве с протонаучным знанием, философия затем и обособляется от науки в относительно самостоятельную область знания, и находит пути к более прочному союзу с наукой. Начиная с Нового времени, философия весьма часто мыслит и конституирует себя в качестве науки, но в ее составе постоянно возникают и существуют формы знания, сознательно строящие себя в отличие от науки и даже в противоположность ей. Поэтому история философии как процесс отличается множеством форм: к ним относятся и научно-сігиентистские формы, и философии религиозного типа, и мистико-иррационалистические концепции.

ТИПОЛОГИЗАЦИЯ ФОРМ ФИЛОСОФИИ. Имеются частные и общие типологии истории философии, опирающиеся на те или иные критерии и принципы. Так, Гегель в «Науке логики» выделяет в философии Нового времени «три отношения мысли к объективности»: 1) «прежняя метафизика», которая рассматривала мысли как основные определения вещей; 2) разделение мысли и основных определений вещей (кульминация – кантовская критическая философия); 3) философия «непосредственного знания», вновь пытающаяся связать мысли и определения вещей. Ф.Тренделенбург предложил при систематизации истории философии учитывать решение проблемы отношения субъекта к объекту и соответственно выделять материализм и идеализм как основные разновидности философского знания. Эта схема была заимствована Энгельсом и впоследствии перекочевала в учебники по диалектическому материализму. В.Дильтей модифицировал схему Тренделенбурга, выделив три главные разновидности философских учений: натурализм (Демокрит, Гоббс, Гольбах, все сенсуалистические теории познания, релятивизм и скептицизм, материализм как метафизика), идеализм свободы (Анаксагор, Сократ, Платон, Аристотель, Цицерон, Кант, Якоби, Шиллер, Вольтер, Руссо, Бергсон, ряд христианских философов) и объективный идеализм (элеаты, Гераклит, Бруно, Спиноза, Шеллинг, Гегель, Шопенгауэр).

Своеобразную историко-философскую типологию предложил К.Ясперс в книге «Великие философы». С его точки зрения, историко-философские классификации надо строить не вокруг отдельных проблем и методов, а принимать в расчет тесно связанные с личностью, с самой жизнью особенности философствования. Ясперс прежде всего выделяет группу мыслителей, оказавших на человечество наиболее глубокое влияние, – Сократ, Будда, Конфуций, Иисус. Их мысль тесно связана с их жизненным деянием. Не важно, считает Ясперс, были ли они философами в собственном смысле слова, но без них философия непредставима. Вторая группа – именно «великие философы», разделяемые на четыре подгруппы: а) мыслители типа Платона, Августина, Канта, чье влияние – в силе их идей и произведений; б) метафизики – Парменид, Гераклит, Плотин, Спиноза; «конструктивные головы» – Гоббс, Лейбниц, Фихте; в) создатели философских систем – Аристотель, Фома Аквинский, Гегель; г) «отрицатели», «радикальные изобретатели» – Декарт, Юм, Паскаль, Кьеркегор, Ницше. К третьей группе мыслителей-философов Ясперс относит тех, чьи размышления обращены к жизни и поэзии: греческие трагики, Данте, Шекспир, Гете, Гёльдерлин, Достоевский и др.

Обобщенные типологии истории философии строятся также а) сообразно временному членению истории: античная, средневековая философия, философия Нового времени и современности; б) сообразно региональному (а внутри него – национальному) членению: европейская, восточная (индийская, китайская, арабская и т.д.) философия.

ОБЩЕЕ И СПЕЦИФИЧЕСКОЕ В ИСТОРИКО-ФИЛОСОФСКОМ ПРОЦЕССЕ. Существенным является вопрос о том, как совмещаются друг с другом целостность истории философии как мирового процесса и региональные, национальные, эпохальные особенности тех или иных конкретных форм философского знания. Против идеи целостности мирового философского процесса выдвигаются такие, напр., аргументы, как 1) независимое друг от друга существование древнейших образцов философствования; 2) неповторимое своеобразие индийской, китайской, западной философий (отсюда – недопустимость европоцентризма); 3) специфика философии отдельных исторических этапов; 4) уникальность философских произведений и концепций отдельных мыслителей. Каждое крупное философское образование специфично и неповторимо и может стать «непроницаемым» для подхода, скроенного по меркам философий других эпох и регионов (предпринимались, напр., попытки искусственно «вестернизировать» восточную или русскую философию или, напротив, подогнать западную мысль под восточные образцы). Мировая философия если и существует, то только в форме преемственности, взаимовлияния неповторимо-своеобразных актов, результатов, методов и стилей философствования, всегда вписанных в уникальные исторические, региональные, национальные культурные контексты. Так, от античной мысли, при всем ее неповторимом своеобразии, тянутся, не прерываясь и сегодня, нити влияния или какого-то другого воздействия ко всем значительным философским поворотам последующих эпох. То же можно сказать о других великих философиях и философах прошлого.

Однако такую связь и преемственность, благодаря которой существует относительно устойчивое единство, именуемое «мировой философией», неверно искать в деятельности каждого философа. Это – связи, существующие в укрупненно-исторических масштабах, так сказать, в целом. Те или иные философы Запада или Востока могут погружаться в философское творчество, не зная и не учитывая идеи других философских регионов. Но во времени и пространстве региональных культур и философий всегда найдутся такие «точки» – представленные, как правило, творениями выдающихся мыслителей, – где непременно завяжутся прочные узлы связей, взаимодействий и т.д. Мир античности был постепенно и целенаправленно введен в «пространство» последующей западной и восточной культур. Кто-то из философов всегда брал на себя миссию перевода одной из региональных философий на язык слов и понятий культуры другого региона, другой эпохи. Важным фактом является несомненный параллелизм развития философии, включающей и на Западе, и на Востоке некоторые архетипы (учение о мировом океане, о первоначалах, о мировых стихиях, о диалектике противоположностей и т.д.), которые скорее всего являются парадигмами начальных стадий философствования как такового. Они (может, в еще большей степени, чем непосредственное взаимовлияние) свидетельствуют о существовании мировой философии как непрерывного и относительно единого процесса, ибо показывают, что в философствовании есть своя внутренняя логика, всеобщие законы рождения и развития философских идей, которые, как и любое всеобщее, пробивают себе дорогу через особенное (региональные и эпохальные единства) и единичное (конкретные философские идеи, концепции, произведения). С этой проблематикой тесно связана историко-философская компаративистика.

Литература:

1. Богомолов А.С. , Ойзерман Т.И. Основы теории историко-философского процесса. М., 1983;

2. Каменский З. А. История философии как наука. М., 1992;

3. Buccker J.J. Historia critica philosophiae, 5 Bde. Lpz., 1742–44;

5. Tenneman W.G. Geschichte der Philosophie, Bd. 1. Lpz., 1789;

6. Buhle J.G. Lehrbuch der Geschichte der Philosophie und einer kritischen Literatur derselben. 9 Bde. Gött., 1796–1804;

7. Ast F. Grundriß der Geschichte der Philosophie, 2 Aufl., Landshut, 1925;

8. Hegel G.W.F. Vorlesungen über die Geschichte der Philosophie. – Nachschriften von Hotho (1823/24), Griesheim (1825/26), Helcel (1825/26), Pinder (1825/ 26), Hueck (1827/28);

9. Erdmann J.E. Versuch einer wissenschaftlichen Darstellung der Geschichte der neueren Philosophie. Lpz. – Riga – Dorpat, 1836;

10. Hegel and the History of Philosophy, ed. by J. J.O’Malley etc. Den Haag, 1974.

H.В.Мотрошилова

Материал из ЭНЭ

Философия истории

Определение философии истории.

Под этим названием разумеют:

  1. философское обозрение прошлых судеб всего человечества , а также истории какого-либо народа (Ф. истории Франции), какой-либо эпохи (Ф. истории французской революции) и т. п.;
  2. философское исследование общих законов исторического процесса, отвлеченно взятого,
  3. философскую теорию исторического знания, а иногда и
  4. практические уроки морального либо политического характера, которые могут быть извлечены из истории.

Эта неопределенность термина позволяет подводить под общую рубрику Ф. истории очень несходные между собой задачи, возникающие из соприкосновения двух самостоятельных областей знания - истории и Ф. Реже всего и с наименьшим правом под понятие Ф. истории подводятся сочинения, заключающие в себе те или другие поучения на основании исторических фактов. Мало заслуживают этого названия и такие дисциплины, как историка (см.), историческая методология (см.) и т. п., ставящие своей задачей установление принципов исторического знания. Чаще всего термин понимается или исключительно в одном из первых двух значений, или в обоих вместе; в последнем случае обыкновенно не делают различия между задачами философского понимания прошлого, как оно было в действительности, и понимания того, как вообще происходит, какими силами создается и по каким законам совершается исторический процесс , безотносительно к каким бы то ни было данным временам и местам. С тех пор, как возникла социология (см.), исследование законов, управляющих общественными явлениями, а следовательно, и развитием общества или историческим процессом, в нем происходящим, взяла на себя эта наука, и за Ф. истории все более утверждается значение доведенного до известной абстрактности изображения действительного хода истории. Существует еще термин историософия , равносильный термину Ф. истории; он встречается во многих литературах, но не привился на русской почве. Больший ход получил у нас термин историология, но уже в более определенном смысле теории исторического процесса, отвлеченно взятого; его удобнее всего было бы употреблять вместо термина Ф. истории, оставив за последним исключительно первое из вышеуказанных значений. Первый, употребивший термин Ф. истории, был Вольтер , который таким образом назвал свой «Essai sur les moeurs et l’esprit des nations». В общем под этим именем можно разуметь все попытки изображения прошлого или понимания сущности исторического процесса с точки зрения известного философского миросозерцания. Ф. истории может поэтому отражать на себе самые разнообразные системы и доктрины, может быть религиозной, метафизической и научной; религиозная может быть пантеистической и деистической (провиденциалистической; см.), метафизическая - иметь более мистический или более рационалистический характер, научная - отражать на себе идеи той или другой социологической школы. С другой стороны, Ф. истории заключает в себе и известные субъективные элементы (см. Субективизм), вследствие чего, напр., Ф. истории отдельных политических партий должна иметь различный характер.

Исторический очерк философии истории

Общие историко-философские построения стали возникать в очень давние времена. Учение древних о четырех веках (золотом, серебряном, медном, железном) уже заключает в себе известную Ф. истории, равно как и известная картина смены четырех монархий, ставшая краткой Ф. истории для всех средних веков. Первая, конечно, крайне несовершенная история человечества («Adversus paganos historiarum libri septem») была написана в начале V в. нашей эры испанским священником Орозием, поставившим своей целью доказать, что введение христианства нисколько не ухудшило жизни народов. Историко-философский характер имеет и «De civitate Dei» блаж. Августина, где вся история человечества рассматривается как борьба двух царств - божеского и дьявольского. Этими сочинениями был дан тон всей последующей провиденциалистической Ф. истории. В ее развитии особенно видное место принадлежит «Рассуждению о всемирной истории» Боссюэта, которое, по мнению автора, должно было быть для истории отдельных стран и народов тем же, чем общая географическая карта является по отношению к частным. Настоящая Ф. истории получила начало лишь в XVIII в. Неаполитанский мыслитель Вико в своей «Новой науке» развил прославившую его теорию, по которой все народы в своей исторической жизни совершают один и тот же путь и всеобщая история представляет собой вечный круговорот возвращения одних и тех же явлений. Сочинение по римской истории и «Дух законов» Монтескье тоже имеют важное значение в зарождении историологии и социологии ; они внесли в науку понятия закономерности общественных явлений и «основного течения (allure principale) исторической жизни», в частности же выяснили влияние климата на историческую жизнь. Философский дух в историографию внесен был и Вольтером . Особое значение имела для всего дальнейшего развития Ф. истории новая точка зрения прогресса (см.), с которой во второй половине XVIII в. стали рассматривать историю человечества. Первым сформулировал ее Тюрго , за которым следует целый ряд других писателей, стоявших на той точке зрения, что история человечества есть история его постепенного совершенствования и что главную роль в этом совершенствовании играют роль успехи человеческого ума. Эту мысль особенно блестящим образом развил в самом конце XVIII в. Кондорсе в своем знаменитом «Наброске исторической картины успехов человеческого ума». В Германии во второй половине XVIII стол. крупные труды по Ф. истории написали Изелин , автор «Philosoph. Muthmassungen aber die Geschichte der Menschheit», Гердер , сочинение которого «Идеи о Ф. человечества» является одним из главных трудов эпохи, и оставшийся малоизвестным, но заслуживающий большого внимании Пелитц (см.), автор «Grundlinien zur pragmatischen Weltgeschichte». Гердеру, между прочим, принадлежит та заслуга, что он старается обосновать историю на естествознании. Пелитц написал свою книгу, которую сам характеризовал как попытку «свести всемирную историю к одному принципу», под влиянием одной мысли Канта. В числе мелких статей знаменитого философа есть одна («Idee zu einer allgemeinen Geschichte in weltb ü rgerlicher Absicht»), где он доказывает необходимость философской обработки всемирной истории по плану природы, имеющему целью создание совершенного общества. "Может показаться странным, - говорит Кант , - рассматривать историю человечества так, как будто она на деле совершалась ради разумных целей; но эта точка зрения все-таки может быть рекомендована, как руководящая идея, и если ход истории определяется, таким образом, как бы a priori , то это не значит, что философ может пренебрегать изучением эмпирической истории. Этим замечанием Кант как бы предостерегал от того злоупотребления философией, которое было в ходу в немецком идеализме первой половины XIX в. Особое место в историологической литературе Германии занимает писатель XVIII в. Як. Вегелин, который в семидесятых годах XVIII в. поместил в «Записках Берлинской академии» ряд статей (по-франц.) «О Ф. истории». По его определению основу истории должен составлять простой и методический рассказ, Ф. же должна руководить им, «как бы скрываясь за занавесом». Общий характер Ф. истории XVIII в. заключается в ее прогрессивно филантропическом и гуманитарно-идеалистическом тоне, в ее оптимизме и проповеди деятельного участия в жизни. В первой половине XIX в. особого развитая достигла Ф. истории в Германии, где, однако, она получила крайне ненаучное направление в философских школах Фихте , Шеллинга и Гегеля . Первый из них в своих «Grundz uuml;ge des gegenwärtigen Zeitalters» провозгласил следующий принцип: «философ, занимающийся историей, следит за ней по a priori пробегающей нити мирового плана, который для него ясен без всякой истории; обращение философа к истории вовсе не имеет целью что-либо доказывать, так как его положения доказаны ранее и независимо от всякой истории. Философ пользуется историей лишь настолько, насколько она служит его цели - и игнорирует все остальное, что этой цели не служит. Этот способ был бы совершенно недостаточным при простом эмпирическом исследовании истории, но он вполне позволителен для философа». Фихте даже прямо утверждал, что задача философа - вывести из своего основного понятия все содержание опыта и что и на самом деле он может «a priori описать все время и все его возможные эпохи». Шеллинг, часто противополагавший историческое философскому, как эмпирическое - априорному, и одно время даже говоривший о совершенной невозможности их соединения в Ф. истории, долго колебался между довольно несходными решениями вопроса, пока в конце концов не оставил эмпирическую историю совершенно в стороне, чтобы понять историю в трансцендентном смысле «эпоса, созданного в Духе Божием» или «последовательно развивающегося откровения Бога». В этом понимании эмпирическая история должна была подчиниться априорной схеме. Из школы Шеллинга вышла целая плеяда писателей, рассматривавших историю с этой мистико-метафизической точки зрения. Особой распространенности философское конструирование истории по априорному логическому плану достигло в эпоху господства системы Гегеля . В числе главных произведений этого мыслителя очень видное место принадлежит его Ф. истории (см.), в которой история человечества рассматривается как процесс самосознания всемирного духа, совершающийся по известному логическому плану, и действительный ход истории подгоняется к априорной схеме. Конструирование истории было, очевидно, прямым нарушением самых элементарных требований исторической науки, и в конце концов Ф. истории в духе немецкого идеализма сильно дискредитировала и саму мысль о Ф. истории. Одновременно с развитием в Германии метафизической Ф. истории в той же Германии и в особенности во Франции шла не только политическая, но и культурная борьба между реакцией и либерализмом, вносившая известную идейность (а иногда и прямую тенденциозность) в занятия историей. Во Франции, кроме того, возник утопический социализм , тоже имевший свои особые взгляды на историю. В духе культурной реакции занимался Ф. истории и написал под этим заглавием книгу (1828) Фридрих Шлегель, который усматривал цель Ф. истории в «историческом изображении хода восстановления в различные мировые периоды утраченного божественного первообраза человека». Для Фр. Шлегеля, однако, вся новая история , начиная с гуманизма и Реформации, была чем-то вроде одной сплошной ошибки. К чести Шлегеля нужно прибавить, что он был противником конструирования истории по логическому плану. В духе клерикальной реакции рассматривал прошлое человечества и Гёррес в сочинении «Об основе, расчленении и последовательности всемирной истории». Из либеральных историков эпохи заслуживает быть отмеченным Гизо , который хотя специально и не занимался Ф. истории, но оказал большое влияние на понимание сущности исторического процесса. Историологическими вопросами, кроме того, занимались во Франции Кузен, Жуффруа, Кине и Мишле (последние двое познакомили французов с идеями Гердера и Вико). Из числа утопических социалистов этой эпохи и у Сен-Симона , и у Фурье были свои Ф. истории - у последнего, впрочем, чисто фантастическая, сливавшаяся с его причудливой космогонией . Общая их черта - представление всемирно-исторического процесса как постепенно осуществляющего будущее гармоническое состояние человечества. В этом отношении сенсимонизм и фурьеризм лишь продолжали прогрессивную традицию философии истории XVIII в. В частности Сен-Симон создал целую историко-философскую формулу постепенного превращения военного общества в промышленное и последовательности состояний рабства, крепостничества и наемного труда, за которым должна последовать стадия труда общественного (см.), Сен-Симону принадлежала также первая мысль о социологии (там же). В эпоху Реставрации борьба между реакционной аристократией и либеральной буржуазией выдвинула во французской историографии идею борьбы классов, которой воспользовались в следующем периоде (после 1830 г.) и для освещения истории взаимных отношений буржуазии и пролетариата (Луи Блан). Наконец, к утопическому социализму примыкают во Франции еще два писателя, прямо поставившие себе историко-философские задачи. В 1833 г. Бюше , соединивший в своем миросозерцании преданность католицизму и увлечение якобинизмом (см. Французская революция), издал «Введение в науку истории, или науку развития человечества»; родственный ему по духу Леру написал историко-философский труд «О человечестве» (1840). В обоих этих сочинениях историко-философская мысль погружена в глубочайший мистицизм . Если принять во внимание, что в первой половине XIX в. в двух главных странах, где развивалась Ф. истории, господствовали в этой области метафизика и утопизм, то можно сказать, что, за немногими исключениями, тогдашняя Ф. истории стояла на неверном пути. Вот почему со стороны настоящих историков по адресу Ф. истории высказывалось все больше недоверия и даже презрения. На новые пути выведена была Ф. истории только в середине XIX в. благодаря целому ряду писателей, которые поставили себе задачей освободить историю от теологических и метафизических влияний и создать положительную науку об обществе. Во главе этого движения стоял Огюст Конт, основатель социологии, автор одной из наиболее замечательных попыток Ф. истории. Его социальная динамика - не общая теория общественной эволюции , как он сам предполагал, а философский обзор истории человечества. Главный недостаток этого обзора - в том, что и он, подобно Ф. истории Гегеля, подогнан к априорной (по отношению к действительному ходу истории) формуле; тем не менее, заслугой Конта является постановка задачи научного построения Ф. истории. В том же направлении действовал и Бокль , который также формулировал необходимость поднятия истории на степень науки. Вообще во второй половине XIX в. философия истории развивается уже под сильным влиянием позитивизма , понимая это слово в широком смысле Ф., принципиально отказывающейся от метафизики и стремящейся опереться на данные и методы положительной науки. Бокль проложил в Ф. истории широкую дорогу натурализму , выдвинув на первый план влияние, оказываемое природой. Одно время (в 60-х и 70-х годах XIX в.) сильное влияние оказывал на Ф. истории социологический дарвинизм , пытавшийся объяснить историю факторами биологической эволюции. Несмотря, однако, на увлечение результатами и методами естествознания, общий характер позитивистической философии истории определяется ее основным тезисом о первенствующей роли умственного развития в исторической эволюции. Это - точка зрения Ф. истории XVIII в., возродившаяся с особой силой в эпоху новой эмансипации ума от мистики и метафизики. Основным законом исторической эволюции Конт считает закон трех фазисов миросозерцания; по Боклю, прогресс зависит от разработки положительных знаний и от их распространения в обществе. Тот же, в сущности, интеллектуалистический характер имеет и Ф. истории в гегельянской школе. В середине XIX в. Марксом и Энгельсом был сформулирован другой взгляд на историю, сущность которого коротко можно выразить словами: «объяснения эпохи нужно искать не в ее Ф. (или не в головах людей), а в ее экономике (или в состоянии производительных сил общества)». Это так наз. экономический материализм (см.), который приобрел много последователей и оказал влияние на Ф. истории только в самом конце XIX в. Это направление возникло из сочетания гегельянства с учением французских историков о борьбе классов. Позитивизм , натурализм , экономический материализм наложили печать на всю историко-философскую литературу второй половины XIX в.; но и в эту эпоху появлялось в свет немало сочинений по Ф. истории, в которых мы имеем дело, в сущности, с пережитками прежних точек зрения. Самым видным представителем историко-философского провиденциализма был Фр. Лоран, автор «Etudes sur l’histoire de l’humanité», последний том которых посвящен Ф. истории: это, с одной стороны, подведение итогов всего труда, с другой - критика разных историко-философских теорий. Другие сочинения продолжают традиции метафизических систем; наиболее значительные из них названы ниже в общем указателе литературы. При большом разнообразии философских направлений, с точки зрения которых писались сочинения по Ф. истории, и при крайней неоднородности их содержания какая-либо точная их классификация в высшей степени затруднительна. Значительное их число имеет чисто религиозный и даже прямо вероисповедный характер. Резко-католическим направлением отличаются, напр., сочинения Фортмана, Гиро , Ружемона, Саркюса; другие могут быть названы чисто протестантскими (напр. Эйт), деистическими (Бунзен , Лоран и др.), мистическими (Молитор, а также Бюше и Леру - в духе гуманитарного социализма, Вронский - в духе польского мессианизма): иных несомненно религиозных писателей в этой области трудно причислить к какому-либо определенному направлению. Гораздо большее количество сочинений по Ф. истории написано с метафизической точки зрения, нередко в духе той или другой школы. Под влиянием Гегеля находились Бидерман, Цешковский , Розенкранц, Штутуман, Вера и многие другие, к числу которых нужно отнести и экономических материалистов, которые, усвоив метод Гегеля, отвергли, однако, его идеалистическую точку зрения. К видным последователям школы Краузе следует отнести Альтмейера; под влиянием Фихте писал, между прочим, Песталоцци , под влиянием Шопенгауэра - Банзен . Более или менее метафизический характер имеют сочинения Эренфейхтера, Феррари , Функа, Гёрреса, Кирхнера, Лотце , Меринга, Ренувье , Рохолля, Шильденера и др., которые не отражают на себе сколько-нибудь резким образом известных философских школ и в частности стоят ближе или к религиозно-идеалистическому, или к научно-реалистическому пониманию. Кроме того, в области Ф. истории работали многие историки - Бокль, Гизо, Мишле, Кине и др. Обозревая всю литературу по Ф. истории, мы находим в ней за прежнее время сравнительно мало сочинений в научном духе; только в последние десятилетия стало увеличиваться число историологических работ и философских обзоров всемирной истории, задуманных или даже исполненных в духе положительной социологии. Кроме Конта и Бокля, здесь следует назвать Барта, Бурдо, Лакомба, Лоренца, Л. Мечникова, Зиммеля, Варда и т. д., а также еще раз упомянуть главных представителей экономического материализма. С другой стороны, очень часто научным намерениям авторов совершенно не соответствуют ни постановка историологических вопросов, ни методы их решения, ни, наконец, получаемые выводы; наиболее характерными примерами этого могут служить сочинения Банлё, Дергенса, Германа.

Русская историко-философская литература сравнительно небогата. Она зародилась в известном споре западников и славянофилов (см.); в славянофильстве развилась своеобразная Ф. истории, в области которой главными трудами являются сочинения Хомякова, Киреевского, Н. Я. Данилевского, Бестужева-Рюмина и Страхова. В них господствует вероисповедная и националистическая точка зрения. Ее разделял первоначально и Вл. Соловьев, который в последних трудах от нее освободился, но остался верен религиозно-метафизическому взгляду на исторический процесс. Гегельянство нашло в России видного представителя в лице Б. Н. Чичерина, многие сочинения которого имеют отношение к Ф. истории. Особенно посчастливилось в русской литературе за последние десятилетия социологической точке зрения, положенной в основу целого ряда историологических сочинений, перечисленных в другом месте (см. соотв. ст.). О влиянии историко-философских теорий на разработку русской истории также см. соотв. ст.

Главные историологические вопросы

В настоящее время уже никто не станет защищать философского конструирования истории а рriоri . Во всеобщее сознание вошла та мысль, что Ф. история может быть лишь обобщением положительных данных исторической науки, устраняющим из этой области идею о предначертанном всемирной истории плане. Новейшее воззрение утверждает, что историческое движение обусловлено массой разных физических, культурных и социальных условий, движение которых подчинено известной закономерности. В настоящее время и в применении этой идеи сделан большой прогресс. Еще Конт считал возможным рассматривать всемирную историю как внутренне единый процесс, управляемый одним основным законом, что было своего рода отголоском прежней мысли о некоторой разумной планомерности всемирной истории (Гегель). Отдельные народы не суть части некоторого высшего целого, которое только постепенно формируется, а самостоятельные целые; в жизни каждого из них в отдельности действуют одни и те же законы культурного и социального развития. Однако и тут не следует понимать закономерность в духе теории Вико о существовании некоторого общего плана, выполняемого поодиночке всеми историческими народами. Условия географической среды, физические и психические свойства племени, внешние судьбы народа, иноземные влияния, неодинаково слагающиеся внутренние отношения, различные моменты выступления народов на сцену всемирной истории - все это приводит к тому, что история одного народа не может походить на историю других. Поэтому в современном понимании историческая закономерность сводится или к существованию неизменных причинных связей (сходные причины порождают сходные следствия), или к существованию общих тенденций в развитии отдельных сторон быта (одни и те же культурные и социальные формы развиваются приблизительно одинаковым образом). Все это требует постоянного разложения исторических фактов на простейшие их элементы, во взаимных отношениях которых только и может быть прослежена известная закономерность, не поддающаяся формулировке, когда мы имеем дело с крайне сложными и удивительно разнообразными их комбинациями в действительной исторической жизни. Старая Ф. истории оперировала такими сложными явлениями, как Китай , Индия , классический мир, христианство и т. п., принимая их за элементы, соединяемые в одном цельном изображении хода всемирной истории; современная Ф. истории, не отказываясь совсем от мысли о таком синтезе, не только предпосылает ему, но и выдвигает на первый план анализ, который и старается довести до разложения даже отдельных частных фактов на их простейшие элементы. Противоположность между прежней Ф. истории с ее метафизическими предпосылками и чисто конструктивными задачами и современной Ф. истории с ее верностью научной почве и анализирующим методом так велика, что некоторые ученые в настоящее время отрицают право Ф. истории на существование, отдельное от истории или от социологии (П. Н. Милюков). Во всяком случае, никто теперь не отрицает возможности теоретического отношения к истории, которого не признавали Шеллинг и Шопенгауэр; весь вопрос заключается только в том, где искать реалистического объяснения истории. Ранее всего историологический реализм был понят в смысле необходимости натуралистического понимания истории, объяснения ее из природных данных. По стопам Монтескье и Гердера, впервые в XVIII в. выдвинувших влияние естественных условий на историю, пошли в XIX в. многие писатели, из которых самое видное место принадлежит Боклю. Это - до сих пор не исчерпанная вполне тема для историологических соображений; в этой области открываются все новые и новые перспективы. Отметим, напр., недавний труд Л. Мечникова «Цивилизация и великие исторические реки», в котором исследуется вопрос о влиянии на историю больших рек, морей и океанов. Одностороннее увлечение «теорией климата», как часто обозначали объяснение истории из естественных условий, вызвало противоположную «теорию расы», по которой все задатки будущей истории каждого народа целиком заключены в его племенных (физических и психических) особенностях. Однако в настоящее время антропологические, этнографические, лингвистические и исторические исследования обнаруживают, что само понятие расы страдает неопределенностью, что народов чистой расы, не смешанной с другими, не существует, что язык не может свидетельствовать о происхождении народа, что одни и те же психические особенности отдельных индивидуумов встречаются у самых непохожих друг на друга народов - и наоборот, в одном и том же народе существует большое разнообразие психических типов и характеров, и что, наконец, многое, принимаемое за прирожденное человеку, оказывается привитым к нему окружающей его культурной средой (самые резкие примеры применения теории расы - сравнительные характеристики арийцев и семитов, сделанные Ренаном, Хвольсоном и др.). Не отрицая важности географических и антропологических условий исторического развития, дополняя одни объяснения другими, требуя и здесь точного анализа и фактической обоснованности, современная историология главное внимание обращает не на условия, в которых совершается историческое развитие, а на силы, которые им двигают. Более ранний взгляд, по которому эти силы заключаются в идеях, нельзя считать и в настоящее время оставленным; устранено только представление о каких-то идеях, находящихся вне человеческого сознания и тем не менее двигающих историю вперед, или об идеях, изначала вложенных в «народный дух» и из него черпающих свое развивающееся содержание. Новейшее понимание идей как движущих сил чуждо всяких метафизических и мистических предпосылок, а потому и не заключает в себе ничего ненаучного. Тем не менее, его нельзя не признать далеко не полным объяснением истории. Во-первых, это слишком односторонне-интеллектуалистическое объяснение истории, мало принимающее в расчет другие сферы психической жизни; исторический идеологизм необходимо требует дополнения в других проявлениях человеческой психики . Во-вторых, одна психика , как бы полно и широко мы ее ни понимали, не в состоянии объяснить историю при устранении из научного кругозора условий внешней среды, в какую поставлена жизнь отдельных личностей, образующих общество. Эта среда - не только окружающая природа (и притом природа, сильно видоизмененная деятельностью человека), но и вся культурно-социальная обстановка, формирующая психическую личность человека, дающая ее деятельности определенные формы, ставящая ей известные условия и границы. Понятие среды (см.) - одно из важнейших приобретений новейший историологии; но и оно получает далеко неодинаковое толкование у писателей разных направлений. Во-первых, есть разные оттенки в понимании того, что составляет само содержание и основную сущность среды. Для одних это прежде всего духовная культура, являющаяся результатом чисто психического взаимодействия отдельных личностей, поддерживаемая подражанием, воспитанием, традицией, тогда как для других - именно для представителей экономического материализма - социальная среда есть главнейшим образом совокупность реальных отношений, обусловливаемых материальными потребностями людей. Более широкое понимание среды заключается в синтезе обоих взглядов, принимающем в расчет нераздельное существование в индивидууме телесных потребностей и умственных, нравственных, эстетических, вообще духовных запросов. Во-вторых, различным образом понимается и отношение, существующее между средой и личностью. Многие готовы видеть в индивидууме лишь пассивный продукт среды, всецело объясняемый ее влияниями. Это представление опирается на учение о великой силе, которую имеет в жизни подражательность (теории Н. К. Михайловского, Тарда и др.), но само по себе оно еще не приводит непременно к признанию неограниченной силы среды над личностью, так как биологически, то есть по своим физическим и психическим свойствам, отдельные индивидуумы отличаются разными степенями восприимчивости к внешним влияниям и податливости воздействиям среды, а многие притом проявляют особую оригинальность и самостоятельность. Культура не только нивелирует личности, но и содействует развитию в них присущих каждой особенностей. Человек приспособляется к среде, но и ее старается к себе приспособить. В-третьих, в связи с этим находится и спор относительно того, как совершаются изменения культурных и социальных форм, образующих собой среду. В XVIII в. господствовало убеждение, что язык, религия , законы, государство и т. п. - искусственные продукты сознательного творчества людей, и сами изменения во всех этих проявлениях социальной жизни понимались как преднамеренное реформирование данных отношений по идеальным представлениям. Такой взгляд был впоследствии назван механическим в отличие от органического, сменившего его в начале XIX в. В этом последнем понимании язык, право, государство и т. д. суть продукты естественного развития общества, в которых нет ничего надуманного и предвзятого (см. Историческая школа права). Эта идея позже была обобщена, и получилось целое учение о саморазвитии культурно-социальных форм, или о так называемой спонтанейной эволюции (см.), название которой мы находим уже у Конта, но главным защитником которой является Спенсер . В последнее время ту же идею о чисто стихийном ходе истории особенно охотно развивали представители экономического материализма. Между тем все культурные и социальные формы существуют только в человеческих деятельностях, как обычные в данном обществе способы и приемы последних, или через человеческие деятельности, как их продукты и результаты - а раз без деятельности личностей ничто в общественной жизни не осуществляется, то и развитие культурных и социальных форм совершается не само собой, а путем воздействия на них со стороны членов общества. Конечно, человеческая деятельность может иметь разные степени преднамеренности, сознательности, целесообразности, настойчивости, умелости и успешности; но из того, что люди очень часто обнаруживают полную пассивность и бессознательно плывут по течению, еще вовсе не следует, будто это и есть вся основа исторического процесса. Одним из первых выяснил вопрос об активности личностей в историческом процессе П. Л. Лавров (см. Н. Кареев, «Теория личности Лаврова», в XII т. «Историч. обозрения»); позднее эта точка зрения, устраняющая идею спонтанной эволюции, развивалась и другими писателями, напр. Лестером Вардом, который явился специальным критиком. Спенсера. В связи с этим находится вопрос о роли великих людей в истории и о действии в них народных масс. В самые ранние времена историография представляла себе историю как последовательный ряд событий, главными деятелями которых являются отдельные личности, так наз. «герои», «великие люди» и т. п. И в специальной историко-философской литературе мы часто встречаемся с представлением о великих людях как о настоящих деятелях истории и с разными мистическими и метафизическими толкованиями их роли. Нигде этот взгляд не был высказан так резко и с такими преувеличениями, как в известном «Культе героев» Карлейля. Позднее историология ударилась в другую крайность (напр. историко-философские рассуждения Л. Н. Толстого в «Войне и мире»): великие люди - нули, ярлыки событий, наименее в них участвующие. Оба взгляда грешат искусственным противоположением отдельной личности и общества как величин однородных, словно притом великие люди стоят совершенно вне общества, а последнее не есть совокупность множества таких же индивидуумов, как и великий человек. В последнем анализе и деятельность массы разлагается на деятельности отдельных личностей, среди которых, а не где-то вне их совокупности, находятся и те деятели, которых принято называть великими людьми. Сущность дела заключается в том, что участие отдельных личностей в историческом процессе различно и в количественном, и в качественном отношениях, и между великими людьми и самыми последними из обыкновенных смертных существует целая градация ступеней. Вопрос о роли личности в истории в последние годы обратил на себя особенное внимание в русской и немецкой литературе. У нас отрицателями роли личности в пользу чисто стихийного хода истории выступили экономические материалисты. В Германии весьма острую полемику вызвал Лампрехт , провозгласивший в своих «Alte und neue Richtungen in der Geschichtwissenschaft» (1896), что старое, «индивидуалистическое» направление истории должно вполне быть заменено новым, «коллективистическим». В споре, вызванном этим заявлением, участвовали очень многие историки (Брейзиг, Гинтце, Мейнеке, Пиренн, Рахфалль и др.; см. русскую брошюру Малинина). Вопрос о роли личности в истории получает разную постановку и имеет разный смысл в областях прагматической (см.) и культурной (см.) истории. Первая имеет дело с событиями, которые должны быть связаны между собой причинной связью. На этой почве по отношению к личности является вопрос, чем вызываются ее поступки, из которых, как элементов, складываются события. Это - та же проблема, которая в Ф. порождает спор о свободе воли (см.). Научная историология решает ее в смысле строгой обусловленности в прошлом всех единичных актов, из которых складываются прагматические факты истории, хотя вместе с тем и вооружается против фаталистических (см.) выводов из детерминистических посылок. В культурной истории вопрос о роли личности сводится к вопросу о внесении ею в исторический процесс большей сознательности и умелости в достижении целей и вообще о большем или меньшем влиянии деятельности на быт. При несомненной обусловленности событий, совершающихся в обществе, бытом этого самого общества, то есть при зависимости отдельных человеческих поступков от данных культурных и социальных форм, с одной стороны, и при влиянии, какое события оказывают на быт, то есть при общей зависимости культурных и социальных форм от отдельных поступков - с другой, мы должны рассматривать исторический процесс как единый процесс культурно-прагматический, отдельные моменты которого столь разнохарактерны, что могут быть объясняемы и с «индивидуалистической», и с «коллективистической» точки зрения, и по принципу причинности, и по принципу эволюции; отдельные теории только выдвигают на первый план разные стороны процесса. Само деление исторических фактов на прагматические и культурные (по категориям событий и быта) получило философское обоснование и истолкование лишь в последние десятилетия. Новейшая историология сосредоточивает свое внимание на быте предпочтительно перед событиями. Сообразно с постановкой историологических вопросов все более и более чувствуется в современной историко-философской литературе потребность в критическом анализе, в философском обосновании общих понятий, которыми оперирует Ф. истории, унаследовав их от времен господства метафизических систем. Этим область законов исторического знания расширяется в сторону сферы гносеологических и логических проблем.

Литература

Общие обзоры истории философии истории

Более или менее общие обзоры истории Ф. истории (или отдельных ее направлений) представляют собой следующие сочинения:

  • Flint, «The ph. of hist. in Europe» (есть фр. перевод, 1878 г.);
  • Fantana, «La filos. della storia nei pensatori italiani» (1873);
  • F. K., «Nasza historyozofja» («Ateneum», 1876);
  • Marselli, «Scienza della storia» (1873);
  • К. Мауr, «Die phil. Geschichtsauffassung der Neuzeit» (1877);
  • Rosenkranz, «Das Verdienst der Deutschen um die Ph. d. G.» (1835);
  • Рапопорт , «Ф. истории в ее главнейших течениях» (1899);
  • Benloeu, «Les lois de Phistoire» (1881);
  • Bernheim, «Geschichtsforschung und Geschichtphilosophie» (1872);
  • Biedermann, «Ph. der Gesch.» (1884);
  • Bossuet, «Discours sur Phist. universelle»;
  • Buchez, «Introduction à la science de l’histoire ou science des développements de l’humanité» (1833);
  • Buckle, «Hist. of civilisation in England»;
  • Bunsen, «Gott in der Geschichte» (1857);
  • Cieszkowski, «Prolegomena zur Historiosophie» (1838);
  • A. Comte, «Cours de Phil. positive» (томы V и VI), и его же, «Système de politique positive» (т. III);
  • Condorcet, «Esquisse d’un tableau historique des progrès de l’esprit humain» (1794);
  • V. Cousin, «De la phil. de l’hist.»;
  • Doergens, «Ueber das Bewegungsgesetz der Geschichte» (1878);
  • Ehrenfeuchter, «Entwickelungsgesch. der Menschheit, besonders in ethischer Beziehung» (1845);
  • Eyth, «Ueberblick der Gesch. vom Christi. Standpunkt» (1853);
  • Ferrari, «Essai sur le principe et les limites de la phil. de Phist.» (1843);
  • Fichte, «Grundzüge des gegenwärt. Zeitalters»,
  • Fontana, «Idea per una fil. della st.» (1876);
  • Fortmann, «Ueb. das wesen und die Bedeut, der hist. Entwick.» (1840);
  • Th. Funck, «Phil. et lois de Phist.» (1859);
  • Görres, «Ueb. Grundlage, Gliederung und Zeitfolge der Gesch.» (1830; 2 изд., 1880);
  • Guirand, "Ph. catholique de l"hist." (1841);
  • Gruizot, «Hist. de la civil. en Europe»;
  • Hegel, «Ph. der Gesch.»;
  • Herder, «Ideen zur Ph. der Gesch. der Menschheit» (1785);
  • Hermann, «Prolegomena zur Ph. der Gesch.» (1849); его же, «Zw ölf Vorlesungen ü b. Ph. der G.» (1850); его же, «Ph. der Gr.»;
  • Iselin, «Phil. Muthmassungen üb. die G. der Menschheit» (1764, 2-е изд., 1786);
  • Kant, «Idee zu einer allgem. Geschichte» (1784);
  • Krause, «Die reine d. i. allgem. Lehenlehre und Ph. der Gesch.» (1843); его же, «Vorles. üb. angewandte Ph. d. Gesch.» (1885);
  • Lasaulx, «Neuer Versuch einer alten auf die Wahrheit der Thatsachen gegründ.Ph. de G.» (1856),
  • Laurent, «Ph. de l’hist.» (1870);
  • P. Leroux, "L"humanité, son principe et son avenir" ;
  • Lessing, «Die Erziehung des Menschengeschlechts»;
  • Lotze, «Mikrokosmos» (1864);
  • Mehring, «Die philosophisch-kritisch. Grundsätze der Selbst-Vollendung oder die Geschichts-Phil.» (1877);
  • Jules Michelet, "Principes de la phil. de. l"histoire" ;
  • Molitor, «Ph. der Gresch. mit vorzüglicher Rücksicht auf die Kabbalah» (1857);
  • Pestalozzi, «Meine N’achforsch. über den Gang der Natur in der Entwickelung des Menschengeschlechts» (1787);
  • Pöhtz, «Grundlinien zur pragm. Weltgesch., als ein Versuch sie auf ein Princip zurückzuführen» (1795);
  • Quinet, «Introd. à la ph. de l’hist. de l’humanité» (1825);
  • Eenouvier, "Introd. à la ph. analytique de l"hist." (1864):
  • Rocholl, «Ph. der G.» (1878); Rottels, «Gottes Erziehung des mensch. Gescht. oder auch eine d. G.» (1859);
  • Sarcus, "Et. sur la Ph. de l"hist." (1859);
  • Schelling, «Ist eine Ph. d. G. möglich»;
  • Schildener, «Der Process der Weltgesch als Grundlage der Metaphysik» (1854);
  • Fr. Schlegel, «Ph. d. Gr.» (1829);
  • Stutzmann, «Ph. d. G. der Menschheit» (1808);
  • Turgot, "Sur les progrès successifs de l"é sprit humain" ; его же, "Plan de deux discours sur l"hist. univ." ;
  • Vera, «Introduzione alla fil. della storia» (1869);
  • Vico, «Scienza nuova dell" origine delle nazioni» (1726);
  • Weguelin, «Sur la Ph. de l’hist.» («Νο uv. mem. de l’Acadé mie de Berlin» за 1770-76 гг.);
  • Wronski, «Phil. absolue de l’hist.» (1852).

Русские соч. историко-философ. содержания указаны в соотв. ст. Новейшие (после 1880 г.) историологические работы:

  • Barth, «Dje Ph. der Gesch., als Sociologie» (1897; есть рус. пер.);
  • L. Bourdeau, "L" histoire et les historiens. Essai critique sur l"histoire considérée comme science positive" (1888);
  • K. Breysig, «Aufgabe und Masstä he einer allgem. Geschichtsschreibung» (1900);
  • H. Кареев, «Основные вопросы философии истории» (1883); его же, 1) «Теоретические вопросы исторической науки», 2) «Задачи социологии и теории истории», 3) «Философия, история и теория прогресса» (в «Историко-философских и социол. этюдах»);
  • Lacombe, "De l"histoire consid éré e comme science" (1894; рус. пер. - «Социологические основы истории», 1895);
  • О. Lorenz, «Die Geschichtswissenschaft in Hauptrichtungen und Aufgaben» (1886); его же, «Die material. Geschichtsauffassung» (1897);
  • Милюков, «Очерки по истории русской культуры» (т. 1, введение);
  • П. Лавров (под псевд. Арнольди), «Задачи понимания истории»;
  • Ratzenhofer, «Die sociologische Erkenntniss»;
  • Simmel, «Die Probleme der Geschichtsphilosophie; eine Erkenntnisstheoretische Studie» (1892);
  • P. Виппер, «Несколько замечаний о теории исторического познания» («Вопр. филос. и психол.», 1900);
  • Xenopol, «Les principes fondamentaux de l’histoire» (1899)

и др. Сочинения в духе эконом. матер. и критические работы о нем будут указаны в статье об Экономич. мат.

О естественно-исторических условиях истории см.

  • Du-Bois-Reymond, «Culturgeschichte und Nat urwissenschaft»; Rickert, «Culturwiss. und Naturwiss.»;
  • Bertillon, «De l’influence du milieu» ;
  • Durand, «De l’influence des milieux sur les caractè res des races de l’homme» ;
  • Бер, «О влиянии внешней природы на социальные отношения отдельных народов и на историю человечества»;
  • Peschel, «Einfluss der Ländergestaltung auf die menschliche Gesittung»;
  • L. Metchnikoff, "La civilisation et les grands fleuves historiques" (1889).

По вопросу о роли личности в ucmopuu:

  • H. Barr, «Essais sur la science histoire. La méth. statistique et la question des grands hommes» «Νοuv. R.», 1890); Bourdeau (назв. выше);
  • Bombard, "La marche de l"humanité et les grands hommes d"après la doctrine positive" (1900);
  • Carlyle, «On heroes, hero-worship and the heroic in history» (есть русск. пер.);
  • Joly, «La psychologie des grands hommes» ;
  • H. Кареев, «Сущность истор. процесса и роль личности в истории» (1890); его же, «Историческая философия в Войне и мире с точки зрения развития культуры» (1902);
  • L. Ward, «Dynamic Sociology» (1883).

Новейший спор о старом и новом направлениях в ucmopuu:

  • К. Lamprecht, «Alte und neue Richtungen der Geschichtswissenschaft» (1896)
  • и целый ряд статей в «Zukunft» за 1896-97 гг., «Hist. Zeitschr.», «Deutsch. Zeitscbr. f. Geschichtswiss.» и «Jahr buch für Nationaloek.»;
  • O. Hintze, «Ueber individual. und kollekt. Geschichtsauffassung» («Hist. Zeitsch.», 1896; там же статья Meinecke);
  • F. Rachfall, «Ueber die Theorie einer kollektivistischen Geschichtswiss.» («Jahrbuch f. Nationaloek.», 1897);
  • Breisig, «Ueber Entwickelungsgeschichte» («Deutsch. Zeitschr. f. Geschichtswiss.», 1896);
  • H. Pirenne, «Une polé mique histor. en Allemagne» («Rev. hist.», 1897);
  • A. Малинин, «Старое и новое направление в истор. науке» (1900).

Н. Кареев.

В статье воспроизведен материал из
Похожие публикации